asdf
События О Вантите Партнеры Связь Объекты Энциклопедия Природа Древности Легенды

Рассылка



Вы находитесь здесь:Древности ->Скифское искусство звериного стиля Воронеж

Скифское искусство звериного стиля
Древности

Скифский звериный стильМастер на бляхе искусно
Грозного пса и в могучих
Когтях у него молодую
Лань изваял; как живая
Она трепетала, и страшно
Пес разъяренный глядел.

Скифскую материальную культуру ярко выделяет среди других культур так называемый звериный стиль или, по-другому, искусство звериного стиля. Это изображения на различных предметах животных, птиц, а также их частях (голова, когти, клювы и т.д.). Животные и реальные, и фантастические, а то и причудливо соединение того и другого (как грифон). Это яркое искусство представлено и в курганах Острогожского края. Мы вернемся к этим изображениям из Дубовского, Мастюгинского могильников, курганов у сел Колбино-Терновое, посмотрим на них глазами людей того времени. Но сначала выясним несколько вопросов.

Чем скифский зверниый стиль отличается от изображения зверей других эпох? Когда мы говорим о скифском искусстве звериного стиля, возникает вопрос: разве зверей и птиц не изображали раньше? На память приходят пещеры палеолита с изображениями на стенах мамонтов, диких лошадей, бизонов … Видно, скифское искусство на то и скифское, что отличается от всего предыдущего. Чем же?

Во-первых, скифские звери отличаются от других способом изображать тело животного и отдельные его части. Рога оленя, клювы хищных птиц, голова хищника и т.д. составлены как бы из отдельных плоскостей, которые углами сходятся друг с другом. Получаются острые грани с ребрами, а в итоге создается картина игры света и тени на плоских поверхностях. Представим себе воина со щитом, на котором изображена золотая пантера или золотой олень. Под лучами солнца олень горит! Вот воин чуть повернул щит, и новыми бликами засиял олень, подобный живому …

Во-вторых, для скифского звериного стиля было характерно выделение какой-либо одной части тела, ее преувеличение. Рога у оленей, например, нереально большие. Они разветвляются по всей длине спины и заканчиваются только у хвоста. Глаз хищной птицы изображен так, что он имеет размеры чуть ли не всей головы. Неестественно велики когти хищников – и зверей, и птиц. Явно видно стремление художника выделить ту или иную часть зверя.

В-третьих, в этом искусстве часто встречаются изображения различных животных, птиц на крупах, лопатках оленей, хищников. А когти хищников часто заканчиваются головами хищных птиц. Это что-то вроде перевоплощения одного животного в другое.

В-четвертных, скифские звери и птицы очень редко составляют какие-либо сюжетные композиции, вроде пасущегося стада оленей и т.д. Звери и птицы сами по себе. Они оторваны от окружения и не связаны с каким-либо действием. Вот лежит олень, стоит кабан, летит птица, у каждого «свое дело» и ни до кого им нет дела.

В-пятых, в скифском зверином стиле было популярно изображать не целое животное или птицу, а их части – голову лося, оленя, грифона, когти хищной птицы и т.д. Эта черта – заменять частью целое – была распространена в искусстве скифов и сарматов.

Отмеченные выше особенности не все сразу присутствуют у всех изображений. Где-то одни признаки выступают ярко, где-то другие.

Вот таковы основные черты скифского искусства звериного стиля. Выделить их можно, а вот выяснить, зачем, куда сложнее. Поскольку тут приходится вторгаться в малознакомы дебри взглядов самих создателей, а создатели нам ничего не оставили, кроме самих изображений.

Что такое «красиво» у скифов-кочевников?

Скифский звериный стильПрежде чем выделить мнение исследователей звериного стиля о его назначении, будем иметь в виду, что красота здесь имела совсем иное значение: за сегодняшней красотой изделий звериного стиля скрывается другая красота, красота в понимании тех людей.

Сегодня мы восхищаемся изображениями скифского звериного стиля, не думая о том, что у скифов, как и у других народов древности, понятие красоты сильно отличалось от того, которое мы имеем сегодня. Да и сегодня эти понятия совершенно разные у разных народов.

Красивость самой вещи определялась в древности большей частью ее практической надобностью – красиво то, что приносит пользу! Мечи, стрелы и милые зверюшки звериного стиля должны в чем-то помогать, выручать. Даже украшения носили не с целью быть красивой в нашем понимании, а большей частью из-за необходимости огородить себя от злых духов, колдунов, показать людям, особенно иноземцам, свою принадлежность к тому или другому племени, роду. Заметим, как далеки эти представления от наших, нынешних.

Далее учтем, что древние люди по-особому относились к предметам вооружения, украшениям, посуде – всему тому, что они взяли у природы. Распространенным взглядом был такой: природа живая; все, что из нее, - тоже живое. Поэтому обращаться с предметами надо как с живыми. С ними беседовали, читали заклинания, наказывали за оплошность. И сегодня отголоски тех взглядов нет-нет да и появляются в развитом обществе. Трудно сказать, господствовали у скифов и родственных им племен подобные суждения, или просто «имели место». Но были – более чем вероятно.

Тотемы и тотемический взгляд на скифский звериный стиль

Скифский звериный стильДолгое время ответ на вопрос о назначении скифского звериного стиля отличался упрощенностью, что было связано с взглядами на неразвитость скифского общества. Ему отводилась первобытная ступень, в лучшем случае на заключительной ее стадии. Предполагалось, что изображения животных и птицы – это не что иное, как свидетельство пережитков тотемизма. В связи с этим последователи этой точки зрения обращались к яркому примеру – образу оленя. Многим племенам, родственным скифам и жившим в Центральной Азии, Сибири, свойственные названия «сака» или названия с этим корнем.

Лигвистические исследования В.А. Абаева, известного специалиста в этой области языкознания, привели его к заключение: «сака» - само - название не только азиатских саков, но и европейских скифов; в осетинском языке есть слово «саг», которое переводится как «олень». Олень – почитаемое у древних ираноязычных предков осетин животное, и он мог быть животным-тотемом; название «саки» и «скифы» происходит от нвазания оленя как тотемного животного (Абаев, 1949). Эта гипотеза строилась на единственном доказательстве («сака – олень») и оказалась единственной для сторонников «тотемической теории». Других (письменных, лингвистических) данных не было найдено.

Но дело даже не в этом. Признание того, что животные и птицы скифского искусства являлись тотемами скифских родов, означает признание того, что скифы не вышли в своем развитии за пределы первобытности. Ведь тотемизм, как система взглядов характеризует раню историю человечества, но не историю развитого общества скотоводов с признаками классов. Тотемная теория не может объяснить многие особенности звериного стиля, например, избирательность предметов, на которых изображались звери и птицы – оружие, конская упряжь, принадлежности воинской портупеи.

Магия в искусстве скифов

Скифский звериный стильНе нашла поддержки идея о том, что за зверями и птицами стоят скифские божества, которым свойственно перевоплощение из одного образа в другой. Зато исследования звериного стиля привели к выводу о том, что звери и птицы были связаны с магией, являвшейся важнейшей частью общего мировоззрения индоиранцев. Нет никакого сомнения в том, что скифы были последователями магических действий тех, кто поклонялся заветам Ригведы и Авесты. Там – жертвоприношения вялениям природы, священные предметы, священный напиток. Подобное засвидетельствовано и у скифов. Геродот сообщает, например, о жертвоприношениях коней при погребении царя. Через год на поминках приносят в жертву еще 50 коней.

Магическая сила, заложенная в зверях и птицах, должна была, видимо, усилить действие оружия, конской сбруи, принадлежностей боевого снаряжения, на предметах сакрального назначения (металлические кубки, ритоны и т.д.). Так, изображение когтей хищной птицы должно было усиливать действие меча, на рукояти которого изображались когти. Оскаленная пасть хищника на сбруе коня должна была напугать врага, заставить его отступить от своих планов (Хазанов, Шкурко, 1976). У всех индоиранцев было распространено магическое представление о том, что часть заменяет целое (Кузьмина, 1976, с. 59). Оно существовало и у скифов, родственных им племен. Недаром звериный стиль и представлен на оружии, сбруе коня, портупейных принадлежностях воина.

Однако … Кажется малоправдоподобным, что бы магия имела такое значения, что вышла в развитом скифском обществе на роль искусства, обслуживающего интересы его верхушки и всего воинства. Магические действия и сегодня существуют, и существовали в древности, но существовать – это одно, а господствовать в идеологии через искусство в умах людей – это другое.

Военно-охотничий взгляд на скифское искусство

Скифский звериный стильПопытки выяснить значение слово «сака» стали приносить новые данные. Так возникла из-под пера В.А. Кореняки военно-охотничья гипотеза. «Саки» - «псы» были не столько стражами стад, сколько охотниками и воинами. Название «саки» имело множество значений, среди которых были не только «воины-охотники», «охотники-облавщики», «охотничьи собаки», «подобные псам воины», но и другие … наделяющие носителей «мощью», «мужеством», способностями «зорко наблюдать», «метко стрелять» и «быстро передвигаться» (Коренянко, 2002). Об огромном значении охоты в жизни кочевников свидетельствуют многочисленные письменные документы.

Охота требовала недюжинных способностей от человека. Он должен быть смелым, ловким, презирать невзгоды, лишения. Верховая езда без седел и стремян была невозможна без долгой тренировки, и не всякий справлялся с этим трудным делом.

Искусство звериного стиля стало угасать и угасло с появлением жестких седел и стремян. Они появились в начале средневековья, самое ранее в IV в н.э. В результате четские границы социальных групп воинов размылись.

Таким образом, военно-охотничья теория происхождения скифского звериного стиля основана на доказательстве того, что звери и птицы, являлись объектом постоянной военно-охотничьей тренировки, получили оформление в искусстве. Здесь и стоящие на коленях олени, и связанные хищники. Социальный слой общества, создавший звериный стиль, не столько аристократия, сколько охотники-воины. Те, кто занимался облавными, загонными охотами. Это занятие требовало огромной сноровки, ловкости, силы. Проявляя ее, воины становились уважаемыми и почитаемыми. Для обслуживания их идеологии и возник звериный стиль.

Военно-охотничья гипотеза оригинальна, имеет веские доказательства и слабые стороны. Так, неясно, какое место в ней занимают разнообразные фантастические существа, всевозможные усложнения вроде изображений на одном звере нескольких, изображение частей зверей.

Мифы и звериный стиль

Скифский звериный стильЕсть и иное мнение о происхождении звериного стиля. Его можно назвать «мифологической теорией». Сущность взгляда этого подхода заключается в попытках увязать образы животных и птиц с мифами об устройстве космоса, которые существовали у создателей звериного стиля (Раевский, 1985).

Согласно этому взгляду мир зверей и птиц можно без труда разделить на группы. Первая группа – хищники. Хищники в глазах древних несли смерть, они поэтому отображали подземный, потусторонний мир. Копытные животные – мирные. Они имеют рога, которые растут как деревья. Раз в год они отпадают, что согласуется с представлениями древних о природном круговороте. Часто рога оленей неестественно большие, уподобляемые дереву. Копытные отражают мир живых, ныне существующий мир. Птицы, в особенности орлы, летают высоко в небесах, отражая верхний мир, мир богов. Трехступенчатая вертикальная схема устройства мира характерна для взглядов и предыдущего времени – бронзового века. Таким образом, скифский звериный стиль – система, предназначенная для описания мироустройства.

В этой схеме особое место занимает кабан. Он, с одной стороны, копытное животное и близок к ланям, оленям, лосям, баранам, козлам. С другой стороны, кабан – хищник. Он всегда опасен, может напасть на человека, ест разную пищу, не разбирая. Такое поведение кабана давно привело к осторожному отношению к нему. Он всегда опасен, может напасть на человека, есть разную пищу, не разбирая. Такое поведение кабана давно привело к осторожному отношению к нему. Он как бы «застрял» между двух миров, а потому являлся «нечистым» животным. Не потому, что любит повалятся в луже, а именно потому, что у него как говорят, двойственная природа – «травоядно-хищная» (Переводчикова, 1994, с 46-48). Такое положение кабана привело к тому, что уже в эпоху бронзы на Южном Урале на него почти не охотились, а мясо свиней не употребляли в пищу.

Именно из-за своей двойственной природы кабан является часто проводником в царство мертвых. Хотя такая роль отводилась не только ему.

Трехуровневая система должна находить соответствия в изображениях, т.е. если птицы – верхний мир, то и изображаться они должны выше копытных, а тем более хищников. Как оказалось на деле, не так все просто. Часто олени изображались на самом верху, головы львов над птицами. И такие случаи достаточно многочисленны. Мифологический взгляд дает сбой.

Где же родина скифского звериного стиля? Да и была ли она?

Скифский звериный стильНа первый взгляд поставленный в начале абзаца вопрос, кажется странным. Если что-то появилось, то оно должно иметь точку, место рождения.

Археологи и историки долго и упорно искали родину скифского звериного стиля. Сложность была в том, что этот стиль появляется сразу, вдруг, уже в сложившемся виде. А в эпоху бронзового века ничего подобного не было известно.

Были попытки объяснить происхождение звериного стиля тем, что до нас не дошло искусство резного дерева из-за плохой сохранности. Поэтому мы, мол, этого пласта искусства не знаем, но его еще предстоит найти. П.Д. Либеров был уверен в том, что корни звериного стиля имеются в основе культур эпохи бронзы. Но мы его не находим, потому что он был представлен на дереве и кости, которые не сохранились (Либеров, 1976). Заметим, что с эпохи бронзы известно немало сохранившихся костяных изделий и даже деревянных чаш. Но ни на кости, ни на чашах нет зверей. А если что-то изображалось, то это геометрические композиции.

Поиски «родины» продолжаются, но все более становится очевидной идея о том, что искать эту «точку на карте» - дело малоперспективное. Все больше исследователей скифского звериного стиля становятся на новый путь объяснения запутанной ситуации.

Если взглянуть на проблему с другой стороны: раз поиски «родины» ни к чему не привели, не пора ли признать, что это искусство появляется в результате «революционного взрыва». Резкое, внезапное появление скифского звериного стиля – результат огромных изменений в жизни всего степного населения (переход к кочевничеству), его культуры. Исследователи ищут переходные ступени эволюции, а их как не было, так и нет.

Наверное, уже не выяснить, что больше, чего меньше. Но новое искусство, сплавив все в единое и новое, быстро завоевало огромные пространства, стало частью мировоззрения многих и надолго …

Скифский звериный стиль в курганах Острогожского края. Кого изображали

Скифский звериный стильЗвериный стиль появляется в курганах Среднего Дона только с возникновением курганов, оставленных пришлыми временами. В эпоху бронзового века на этой территории ни в одной из культур не было традиции изображения зверей и птиц. Нет признаков звериного стиля и на имеющихся находках предскифского времени. Время появления первых погребения – V в. до н.э. До конца IV – начала III в. до н.э. изделия звериного стиля встречаются главным образом, в подкурганных погребениях часто – примерно в 50% могил. Учитывая неоднократное ограбление курганов, можно предполагать, что в реальности этот процент был выше. Находки изделий в зверином стиле на городищах – большая редкость.

На мече из Ближнестояновского кургана навершие было оформлено, вероятно, в виде загнутых когтей хищной птицы. Подобное оформление наверший хорошо известно. Остается только сожалеть, что окончание плохо сохранилось. На мече одного из курганов у с. Колбино рукоять окована золотыми пластинами с изображенем лежащего оленя с подогнутыми ногами и опущенной головой. Голову животного венчают огромные ветвистые рога. На овальном навершии изображено какое-то животное, видимо, сидящее с повернутой назад головой.

Нашивные и накладные бляшки, чаще всего из золота оформляют погребальную одежду. Иногда прикрепляются небольшими гвоздями к деревянным прдеметам. В 1908 г. Н.Е. Макаренко при раскопках курганов у с. Мастюгино в кургане 2 обнаружил золотую накладку на горит – футляр для ношения лука и стрел. На мастюгинском горите изображен на пластине сидящий грифон с поднятыми крыльями. Грифонами греки называли крылатых чудовищ с львиным туловищем и орлиной головой. Греки считали, что эти животные реально существуют где-то на Крайнем Севере и охраняют золото Зевса от одноглазых людей – аримаспов.

Скифский звериный стильВ курганах этого же могильника встречены бляшки с изображением лежащего оленя и грифонов. Два грифона стоят на задних лапах мордами друг к другу в так называемой «геральдической» позе (подробным образом часто в более позднее время – в средневековье изображали львов на гербах рыцарских родов). «Шагающий» грифон изображен на пластине из Русской Тростянки. Пластина плохо сохранилась, но хорошо сохранилась та важность, с которой идет грифон, и строгий презрительный взгляд свысока.

В курганном могильнике Колбино-Терновое экспедицией В.И. Гуляева найдены в женском погребении нашивные золотые бляшки в виде голов кабана. Фольга очень тонкая и вряд ли такое одеяние можно носить даже по очень важным праздникам. Поэтмоу Валерий Иванович считает, что для погребального обряда существовали специально приготовленные предметы, украшения, которые создавались не для повседневной жизни, а именно для похорон.

Звериный стиль представлен и на костяных изделиях, как например, на роговом псалии из могильника у с. Терновое. Слева на окончании изображена голова волка, справа – кабана.

Одним из характерных изображений звериного стиля среднедонского населения был медведь. В процентном отношении изображений зверя немного, но находки эти яркие, хотя и похожи. Около десяти медведей изображено на поясных крючках-застежках вместе с головой «ушастого грифона». В других случаях фигурки медведя украшают уздечку коня.

Исследователи среднедонских погребений обратили внимание на то, что звери эти, несмотря на раскрытие пасти, выглядят как-то миролюбиво. Это не страшные хозяева леса, а добродушные зверюшки. Особенно интересен в этом отношении медведьна крючке-застежке из кургана 6 Дубовского могильника. Если оценивать его по меркам «миролюбия», то он самый мирный и даже в чем-то комичный. Медведь как будто что-то нашел и, принюхиваясь, внимательно разглядывает находку.

Скифский звериный стильИзображения волка присутствуют на поясных крючках-застежках, уздечных бляшках и на костяных псалиях. Возможно, этот зверь изображен и на окончании золотой серьги из Ближнестояновского курганного могильника. В отличие от медведей, которые легко распознаются с первого взгляда, с волком дело сложнее. Здесь древний художник менее конкретен и точен в изображении зверя.

Инородным выглядят в среднедонском искусстве изображение гепарда на костяном гребне из могильника Теровое I. В.И. Гуляев и Е.И. Савченко, обнаружившие эту находку, не нашли ей аналогию или хотя бы близкое и похожее изображение. Уникальная вещь!

Скифский звериный стильИногда, как на костяном гребне одного из Мастюгинских курганов, звери вообще не определяются с точки зрения их видовой принадлежности. Внизу – явно хищники с кошачьими лапами. В центре рыбы, а сверху шеи головы каких-то странных животных.

Звериный стиль постоянно присутствует на конской уздечке. Так, на уздечке из Русской Тростянки на псалиях изображены головы животных.

Таков в общих чертах звериный стиль Среднего Дона скифского времени. Изучение его позволило прийти к следующим основным вывовдам.

Звериный стиль появился на Среднем Донку в V в. до н.э. вместе с появлением курганного обряда погребения. Согласно наиболее доказуемой на сегодняшний день гипотезе, создатели среднедонских курганов появились на Среднем Донку с территории Поднепровья – правобережной и левобережной его части. Исследования специалист в области звериного стиля А.И. Шкурко показали, что наиболее ранние изделия звериного стиля повторяют те образцы, которые являлись характерными для курганов Днепровского лесостепного Право- и Левобережья. Но уже в IV в. до н.э. на Среднем Донку складывается оригинальное местное искусство. На его создание оказывают влияние традиции степной Скифии, Боспорского царства (Шкурко, 1976; Гончарова, 2001). Каким образом осуществлялось это влияние уже не узнать, к сожалению. Но именно в IV в до н.э. большинство хищников теряет грозный вид и превращается в спокойных и миролюбивых животных. Орел, будто попугай в клетке, спокойно чистит когти. Ничто не говорит нам в его образе о зорком и грозном со стальными когтями хищнике. Головы лошадей выглядят как игрушки для детей. О «царе леса» мы уже говорили.

Сложны тропы искусства. Но если приглядеться, то невольно видится очевидное – искусство почти всегда, если смотреть на него в целом, отражает жизнь общества. Поиски новых идей, ответов на вопросы порождают и определенные художественные образы, которые отражаются в памятниках искусства. Может, относительно мирная жизнь среднедонских создателей курганов привела к переосмыслению художественных образов? Когда война, освоение новой территории, тогда и звери хищные и страшные, соответствующие яростной борьбе по принципу «кто кого». А когда относительно спокойствие? Может, поэтому и звери посмирнели и успокоились?

Источники

  • Винников А.З., Синюк А.Т. - Дорогами тыячелетий: Археологи о древней истории Воронежского края. - 2-е изд., испр. и доп. - Воронеж: Издательство Воронежского государственного университета, 2003.


 
Деятельность Товарная лавка Книги Картинки Хранилище Туризм Видео Карта