asdf
События О Вантите Партнеры Связь Объекты Энциклопедия Природа Древности Легенды

Рассылка



Вы находитесь здесь:Отражение взаимоотношений Руси со Степью ->О ком плачет часовой ? Воронеж

О ком плачет часовой ?
Отражение взаимоотношений Руси со Степью

Исследователям русского фольклора давно известна песня "Часовой плачет у гроба государя". В академическом издании исторических песен опубликовано более четырех десятков ее записей. В пяти из них умерший государь не назван по имени, в девяти - стоит имя Ивана Васильевича Грозного, а в семнадцати - оплакивается Петр Алексеевич. Еще в двенадцати песнях часовой обращается к скончавшейся императрице Екатерине Алексеевне. Известна песня и с именем царя Алексея Михайловича. По разному звучат и жалобы часового, стоящего у гроба покойного государя.

Большое количество различных версий этой песни объясняется универсальностью ее построения. Сюжет песни прост: часовой (в различных записях это молодой солдат, сержант, казак и т. п.) стоит в карауле, плачет и призывает стихии разметать могилу, а самого покойного государя встать из гроба и взглянуть на происходящее вокруг. Далее следуют либо жалобы на ухудшившееся положение войск, разгром армии, либо сообщение о ее готовности выступить в поход.

Заменяя в песне конкретные детали, имена и причитания, исполнитель мог обновлять содержание песни, делать его более актуальным для слушателей в новой исторической обстановке. Но перед нами не несколько самостоятельных, сложившихся на основе традиционных плачей, песен, а варианты одного произведения, претерпевшего в течении времени значительные изменения. Об этом свидетельствуют достаточная устойчивость тем плача и причитаний и легкость соединения большинства этих тем с различными именами усопшего государя.

Чье же имя первоначально стояло в текстах песни? И о чем жаловался умершему парю часовой?

Хотя фольклорный памятник отличается от литературного произведения отсутствием зафиксированного текста 2, нельзя отрицать стремление памятников устного народного творчества к сохранению устойчивого текста. Хотя исполнитель мог, в зависимости от настроения слушателей, вносить изменения в песню, в его сознании, так или иначе, существовало представление о том, какой она должна быть. Естественно, певец чаще стремился воспроизводить песню так, как он сам ее услышал и запомнил. Каждое же изменение конкретно-исторического наполнения совершалось единожды и потом могло закрепиться в народной памяти на ряду с первоначальной версией. При этом у исследователей возникает возможность, выстроив типологический ряд устойчивых сочетаний имен и исторических деталей, восстановить первоначальный вид песни.

Для того, чтобы ответить на вопрос о ранней версии песни "Часовой плачет у гроба государя", необходимо рассмотреть жалобы и причитания часового, поскольку именно в них и раскрывается основная идея песни. От характера жалоб зависит имя умершего государя, к которому обращается часовой. Рассмотрим же их все, безотносительно имен почивших правителей, упоминаемых в песне.

Среди жалоб часового можно выделить три типа обращений к государю. Почти во всех случаях, за исключением одного, он просит умершего взглянуть на свое войско и, в одной случае сообщает о бедах, обрушившихся на воинов в отсутствии паря, в другом - описывает дожидающуюся его армии, в третьем - говорит о выступлении рати в поход. Причем, в перечне бед могут присутствовать и стрижка бород, и рассылка солдат одного полка во всей армии, и разгром и пленение войск (иногда в результате измены), и нехватку провианта и обмундирования, и бестолковость и строгость командиров, и обессиленность из-за потери государя.

Совместно с первым типом жалоб встречаются все варианты имен умершего государя, о дожидающейся его армии сообщают только Петру I, а об отправлении армии в поход поют, вспоминая Ивана Грозного, Петра I и Екатерину II. определить время появления того или иного варианта жалоб можно не по сопровождающему его имени государя, правившего ранее остальных упомянутых в песне царей, а проследив влияние одного типа плача на другой.

Наибольшим разнообразием отличаются песни с жалобами на ухудшившееся положение войск, что свидетельствует о неустойчивости этой версии, подвергавшейся постоянным попыткам актуализировать ее. Причем если Екатерине жалуются на порядки, установившиеся при Павле I (ИП XVIII. №№ 536-537), Петру I солдат сообщает об отсутствии продовольствия и обмундирования (ИП XVIII. №№ 253, 256), разгроме армии

(ИП XVIII. №№ 254, 255), бироновщине (ИП XVIII. № 259),

то в песнях про Ивана Грозного царю как о бедствии говорят о преобразованиях самого Петра:

Посмотри на свою армеюшку.

Стоит не по-старому, стоит не по-прежнему,

Уж усы-то, бородушки повыбриты, Кудри длинные пообстрижены.

(ИП XVIII. № 258)

На основании этого можно предположить, что первоначально в песне упоминалось имя Ивана Грозного, поскольку было бы не естественным помещать в песню, где царь Петр выступал как защитник от обрушившихся бед, жалобы на его же действия. Да и потомки к деятельности этого великого реформатора относились несколько лучше, чем современники, что делает предположение о позднем появлении жалоб на Петра неубедительным.

Скорее всего все версии песни с жалобами на ухудшившееся положение армии первоначально были связаны с именем Ивана Грозного. Причем песня с жалобой на бритье бород появилась из песни, где Ивану Грозному сообщается о разгроме его войск:

Эх да, твоя силушка (...)

Эх, и в полону стоит (...)

Эх, да, под неверною (... )

Эх да, под скверною.

(ИП XVIII. № 283)

Очевидно, противник петровских реформ отождествил его преобразования со скверною, упоминаемою в песне. Не случайно все записи этой версии песни были сделаны у гребенских казаков, среди которых было много сторонников старообрядчества, Постепенно казаки забыли имя государя, и уже во второй половине XIX в. появилась версия с обращением к безымянному царю. Особое распространение она получила в советское время 3.

Другие жалобы на неурядицы в русской армии, наступавшие после смерти Петра I или Екатерины II, также сложились из плача о поражении русских войск. Во всякое случае, связь внутренних непорядков (измены генералов) и плена армии, иноземной власти и погибели войск присутствует в песнях о кончине Петра I (ИП XVIII. №№ 254, 259). Как отголосок какого-то поражения звучат и обращения к Екатерине II:

Без тебя нам жизнь похужела (...) От твово сына любимого (... ) Стал он случать иноземщину, Иноземщину неверную, Немчуру ли некрещеную, Ведет службу чужеземную, Гонит силушку в Туретчину, Во лихую во Неметчину, Мрет там сила православная, Что от холода, от голода.

(ИП XVIII. № 536)

Скорее всего версия песни с жалобами на пленение войск родилась из песни о походе с трагическими результатам, а не наоборот. Поэтому мы вправе предположить, что версии песни о походе связанные с именами Ивана Грозного и Петра I более ранние, чем все остальные версии. Отзвук плача о выступлении армии в поход без царя слышны и в жалобах на Павла I его матери Екатерине II. Поход присутствует в призыве, помещенном в песне с жалобой на Бирона (ИП

XVIII. № 259).

Из песни с причитаниями о смерти царя накануне похода родились и версии об ожидании войском своего государя и жалобы на осиротелость армии без паря:

Без тебя мы осиротели,

А осиротев, обессилили.

(ИП XVIII. № 257) Как же соотносятся имена государей и различные варианты плачей часового? Наиболее ранний тип причитания - плач о выступлении войска в поход без государя, -сопровождается обычно именами Ивана, Петра и Екатерины. Из них первым в песне появилось имя Ивана Грозного. Этот вывод мы делаем вовсе не потому, что этот государь правил на два столетия раньше других, упоминаемых в песне. Просто из всех записей песни с его именем две трети содержат интересующий нас ранний тип причитаний. В то же время песни с именами Петра I и Екатерины II говорят о выступлений войска в поход лишь в каждом шестом случае, т.е. налицо угасание этом традиции.

Важно и то, что во всех записях песни про Ивана Грозного в качестве конечного пункта названа Казань. В то же время песни про Петра I либо не называют точное направление похода, либо говорят о нем по разному:

Твой любимый полк во поход пошел

Под Азов город.

(ИП XVIII. № 247)

Твой любимый полк

Во поход пошел во ину землю.

(ИП XVIII. № 250)

Такое разнообразие говорит о позднейшем появлении имени Петра I в этой версии песни, когда уже стало постепенно забываться первоначальное направление похода.

Вторичность версий с именем Петра видна и в записях песни с жалобами на ухудшившееся положение войск, поскольку песня во славу Петра Великого не могла быть использована его противников для порицания царя-реформатора, а одна из версий песни содержат жалобу на начавшееся при Петре I бритье бород (т.е. царю жалуются на него самого). О более позднем появлении песен с обращением к Петру I говорит и большое разнообразие верей с его именем, что может быть свидетельством многократных попыток ее актуализации.

Из множества версий с именем Петра I, очевидно, первой была также песня про выступление войск в поход. Но кроме нового имени в ее текст было добавлено вступление с обращением и месяцу:

Ох ты батюшка светел месят! Что ты светишь не по старосту, Не по старому, не по прежнему? Ты все прячешься за облака, Прикрываешься тучей темною?

(ИП XVIII. № 250) Это вступление попало и в те версии песни, которые произошли непосредственно из версии, рассказывающей о выступлении армии в поход. Все они связаны только с именем Петра I, и в них говорится об ожидании войсками своего государя и их осиротелости без паря:

И ты встань, проснись, православный царь, Посмотри, сударь, на свою гвардию, Посмотри на всю армию.

Уже все полки во строю стоят, Все полковники - при своих полках, Подполковники на своих местах, Все маиоры - на добрых конях Капитаны - перед ротами, Офицеры - перед взводами, А прапорщики - под знаменами. Дожидаются они полковника, Что полковника преображенского, Капитана бомбандирского.

(ИП XVIII. № 240)

Без тебя мы осиротели,

А осиротев, сокрушаемся.

(ИП XVIII. № 249) Из последней версии мог родиться и плач часового, призывающего царя Алексея Михайловича взглянуть на его осиротелое семейство. Вторичность этого плача по отношению к песням с именем Петра доказывается тем, что среди родственников на первый план выдвинут Петр I, в момент смерти своего отца имевший наименьшие права на престол. Лишь после того, как Петр Великий прославил свое имя, могла родиться песня, где Алексей Михайлович выступает прежде всего в роли его отца.

Многочисленные плачи-жалобы, обращенные к Петру I, отличаются большим разнообразием. Среди них хочется отметить жалобу на Бирона:

Что не царь нами теперь властвует,

И не русской князь отдает приказ,

А командует, потешается Злой тиран Бирон из Неметчины. Поведи ты нас в Прусски области, Мы научим их уму-разуму.

(ИП XVIII. № 259).

Эта песня едва ли могла появиться до 1740 г., т.е. до падения Бирона. Более того, в ней отчетливо слышны отголоски Семилетней войны (1756-1762), единственной войны между Россией и Пруссией. Можно высказать и несколько предположений о происхождении песни. Бироновщина как негативное явление в истории России было осознано в дворянской среде. На некоторое знакомство с книжной культурой указывает употребленное авторов слово "тиран", не характерное для простонародной речи. Скорее всего автором этой версии был человек более знакомый с дворянской культурой, чем многие другие исполнители народных песен.

Особый интерес представляют песни, связываемые с именем Екатерины II. В сборнике "Исторические песни XVIII века" их опубликовано 12. Все заимей этих песен можно разделить на две группы. В первой, очень немногочисленной, молодой солдат жалуется на то, что государь Павел Петрович "гонит силушку в Туретчину, во лихую во неметчину" (ИП XVIII. № 536), "он загнал силу в Туретчину" (ИП XVIII. № 537), где ёе "поморил смертью голодною, познобил зимою холодною" (ИП XVIII. № 537), "мрет там сила православная, что от ходода. от холода" (ИП XVIII. № 536). В этих песнях можно услышать намек на грандиозные, но в целом неудачные или незавершенные походы русских войск в

Швейцарию и Индию. Песни развивают тему жалоб на поражение и общее неустройство армии. Родилась эта версия, скорее всего, из песни передающей жалобы солдат Петру I.

Более интересна вторая группа песен. В них жалоба уже исходит не от одного человека, а от нескольких добрых молодцев. Местом их плача чаще всего выступает Петропавловская крепость, куда посажены молодцы. В тех же случаях, когда санкт-петербургская цитадель не упомянута в песне, вместо нее называются либо Московский Кремль, либо казенная тюрьма в Москве. Но даже здесь исполнители упоминают "крепкий Питер" или петербургское происхождение арестантов. Интересно, что и сама Петропавловская крепость иногда помещается в Москву. Следовательно определение Петропавловской крепости как места плача вовсе не случайно для этой группы песен.

Важным для понимания содержания песни представляется и упоминание Семеновского полка, судьба которого особенно волнует плакальщиков. В одном случае вместо названия полка, говорится, что жалующиеся -гвардейцы петербургские.

Для определения события, послужившего основой для данной переработки песни, необходимо обратить внимание на жалобы о разводе "по солдатику" Семеновского полка "по армии", "по полкам".

О.Б. Алексеева и Л.И. Емельянов считали это очевидным намеком на начавшееся еще при Петре III расформирование гренадерских полков 5. Однако, учитывая, что жалобы звучат в казематах Петропавловской крепости, едва ли справедливо видеть здесь отголосок обычной реорганизации армии.

Единственный случай столь жестокой расправы с гвардейским полком имел место в 1820 г., когда после восстания в Семеновском полку, все солдаты были сначала заключены в Петропавловскую крепость, а потом разосланы по окраинным частям Российской империи 6. Сопоставление событий в песни и в жизни напрашивается само собой. И там, и тут действие происходит в Семеновском полку, и там, и тут жизнь солдат становится тяжелой из-за действий командования, и там, и тут солдат подвергают заключению, а потом рассылают по армии. Следовательно эта группа песен с обращением к Екатерине II не могла быть составлена ранее 1821 г.

Это делает ее очень интересным источников по истории народного сознания первой четверти XIX в., поскольку в ней отразился взгляд простого народа на "семеновскую историю". Для исполнителей этой версии песни важным было массовое выступление солдат, как подтверждение их правоты. Не случайно плач звучит из уст не одного часового, а нескольких заключенных. Причины бедственного положения полка так же достаточно емко охарактеризованы в песне: "все начальнички стали грозные, офицеры все бестолковые" (ИП XVIII. № 542), "караулы стали частые, перемены стали редкие, а начальство пошло строгое" (ИП XVIII. № 541). По мнению исполнителей излишняя строгость и бестолковость командования привели к выступлению. Причем простой народ не считал происшедшее восстанием. О нем ни чего не говориться в песне, да и сама песня воспринималась как плач по поводу несправедливого, но неизбежного наказания. Не случайно, что в XX в. с его идеями революционной борьбы не было сделано ни одной записи этой версии.

В результате проверенного выше рассмотрения нескольких десятков записей песни "Часовой плачет у гроба государя" можно сказать, что первоначально она была связана с именем Ивана Грозного и содержала сведения о каком-то не очень удачном походе под Казань. В дальнейшем эта версии подвергалась неоднократным переделкам, вызванным попытками ее актуализации.

Какое же событие легло в основу песни? Ведь Казань, как известно, была взята самим Иваном Грозным в 1552 г. задолго до его кончины. Представляется весьма обоснованным предположение С.Н. Азбелева, утверждающего, что в песне отражены события 1505 г. 7 Тогда государь всея Руси Иван III, который имел отчество Васильевич и в некоторых источниках назывался Грозным, умер накануне похода русской рати на взбунтовавшуюся Казань. Поход был не очень удачный, да и в ходе мятежа в Казани погибло много русских людей. Так что плач и жалобы государю могли оказаться в песне вполне уместными. Сходство имен и прозвищ деда и внука привело к их отождествлению в народном сознании. Не случайно одна из записей песни продолжена песней о взятии Казани Иваном

IV (ИП XVIII. № 284).

Когда же родилась эта песня? Скорее всего временем ее создания был XVI в., но тогда она еще не получила широкого распространения. Во всяком случае вступившие в тесный контакт с Иваном Грозным гребенские казаки в середине XVI в. ее еще не знали, а получили ее позже - в начале XVIII века.

ПРИМЕЧАНИЯ

 

1. Исторические песни XIII-XVI веков. - М.; Л., 1960. - С.

472-478, 669-670. № 278-285 (далее ИП XVI); Исторические

песни XVII века. - Л., 1966. - С. 146-147. № 138 (далее ИП

XVII) ; Исторические песни XVIII в. - Л., 1971. - С. 147-157,

285-290, 312-313, 336. - №№ 240-259, 536-547 (далее ИП

XVIII) .

2. Азбелев С.Н. Историзм былин и специфика фольклора. -

Л.: Наука, 1982.

3. То, что среди гребенских казаков бытует только одна

версия этой песни, говорит о ее появлении на Северном

Кавказе в очень короткий промежуток времени, единожды, и

очень скорой, почти совпадающей со временем

проникновения, переработке этой песни. Упоминание в ней

петровских преобразований позволяет датировать эту версию

самым концом XVII-началом XVIII в. Тогда многие

противники петровских реформ бежали из России на Юг.

Бежали с Дона после восстания К. Булавина, бежали

некрасовцы. Но более вероятно получение этой песни от

беглецов из Астрахани. Во первых, Астрахань ближе к

станинам гребенских казаков, чем Дон. Во вторых,

астраханское восстание проходило под знаменем неприятия

петровских реформ, чего нельзя сказать про восстание К.

Булавина. В третьих, в Поволжье сделано несколько записей

интересующей нас песни, а в Подонье - нет. В какой-то

степени можно и датировать время появления первоначальной

версии песни. В конце XV в., когда образовывалось

гребенское казачество, ее еще не было, поскольку казаки не

знают сейчас первоначального варианта песни, а все ее записи отличаются единообразием (признак позднейшей переделки одной версии песни). Не было ее и в середине XVI в., когда Иван Грозный пожаловал гребенских казаков землями вдоль Терека.

4. Анисимов Е.В. Россия без Петра. - СПб., 1994.

5. ИП XVIII. - С. 336.

6. Лапин Вл. Семеновская история. - Л., 1991.

7. Азбелев С.Н. Грозный царь Иван Васильевич // Родная

речь. 1991. - № 5. - С. 123-129.

 

 



 
Деятельность Товарная лавка Книги Картинки Хранилище Туризм Видео Карта
Яндекс.Метрика