События О Вантите Партнеры Связь Объекты Энциклопедия Природа Древности Легенды

Рассылка

Самая подробная информация Ремонт мягкой мебели у нас на сайте.

Вы находитесь здесь:Читальня ->Донская археология -№1-2 2001 ->Позднепалеолитическая мастерская Бирючья балка 1-А.Е .Матюхин


Позднепалеолитическая мастерская Бирючья балка 1-А.Е .Матюхин

 

Этот памятник был открыт в 1976 г. Н.Д.Прасловым и до недавнего времени был исследован гораздо слабее, чем другие памятники, расположенные у х.Кременского Ростов­ской области (рис. 1). В обнажении склона балки Бирючьей в момент открытия и некоторое время после него четко фиксировались кремневые изделия, которые были представлены в виде небольшого скопления. После того, как обрывистая часть склона и, соответственно, скопление обрушились, находки в обнажении стали отмечаться лишь спорадически. Склады­валось впечатление, что на данном участке балки мало находок. Поставленная в 1991 г. зачистка позволила выявить 2 бедных археологических горизонта. Среди изделий преобла­дали продукты первичного расщепления: нуклеусы, отщепы, грубые пластины и осколки. Это дало нам повод предварительно зачислить данный памятник в мастерские по первичной обработке кремня [1, С.23—24] и считать его наименее перспективным из всех памятников в балке Бирючьей.

В 1997 г. в верхней части одного из молодых оврагов, прорезающих склон балки, было выявлено недавно обнажившееся в результате эрозионных процессов крупное скопление кремневых изделий. Здесь в 1999 г. заложены раскоп длиной 5 м и шириной 4 м, превращен­ный внизу в зачистку шириной 2 м, и отдельно зачистка длиной 5 м. Ставились следующие задачи: установить характер и особенности горизонта находок, по возможности его грани­цы, а также наличие нижележащих, т.е. более древних культурных горизонтов в пределах позднего палеолита. Стратиграфия отложений на Бирючьей балке 1 в целом такая же, как на остальных памятниках (рис. 2). Выявлено, в частности, что современная почва подсти­лается светло-бурым суглинком, обогащенным белоглазкой, а также прослоями бурого и желтоватого суглинков. Три нижних прослоя суглинков имеют большую мощность. Крем­невые изделия связаны с желтовато-бурым суглинком и залегают на глубине около 1 м от поверхности. Другие суглинки в раскопе и зачистке №2 находок не содержали. В зачистке №3, в кровле бурого суглинка, на глубине 5 м от поверхности обнаружены кремневые предметы. Характерно, что суглинок, в котором залегали находки, частично затронут солифлюкционными процессами. В отдельных местах данный суглинок сохраняет свою структуру.

Кремневые изделия в раскопе образуют довольно крупное скопление длиной 5 м и шириной 3 м (рис. 3). Мощность его колеблется в пределах 20 — 25 см. оно приурочено непосредственно к склону балки и имеет небольшое «падение». В самом этом скоплении отмечены небольшие концентрации находок. Судя по тому, что многие кремневые изделия уходят в восточную и южную стены раскопа, размеры зафиксированного здесь скопления будут увеличены. Показательно, что во время разборки культурного слоя условными гори­зонтами очертания и характер крупного скопления менялись незначительно. Все это указы­вает на его непотревоженный характер. Перемещения слоя вниз по склону или не было вообще, или оно было незначительным.

Стратиграфическая позиция слоя с находками может быть уточнена по аналогии с рас­положенным рядом памятником Бирючья балка 1а (рис. 1). Здесь выявлены два основных культурных слоя: слой 2 связан с бурым суглинком, а слой 3 приурочен к желтоватому суглинку [2, С.487]. Находки 2-го слоя залегают на глубине около 1,5 м. Логично будет считать, что изделия, обнаруженные на Бирючьей балке 1, коррелируются со слоем 2 Бирючьей балки 1а.

0028

0029

В зачистке №3 скопление кремневых изделий имеет в длину 1,2 м и ширину 0,4 м. Нельзя исключить того, что находки опустились по солифлюкционной или другой западине, как это установлено для слоев 2 и 3 Бирючьей балки 2 [3, С.26]. Но в разрезе хорошо зачищенной стены зачистки установить следы опускания предметов не удалось. Не исключе­но, что это скопление потревожено лишь в незначительной степени. Вполне возможно, что речь идет о слое Зв, содержащем на памятниках Бирючья балка 2, 1а и 1в предположитель­но находки ранней поры позднего палеолита. Данный вопрос еще предстоит выяснить в ходе дальнейших раскопок.

Приступим к описанию находок. Они полностью представлены каменными изделиями. Кости животных отсутствуют. Какого-либо существенного отличия между предметами, выяв­ленными в условных горизонтах, нет. Речь идет об одном культурном слое. Изделия имеют преимущественно одностороннюю патину, легкую оглаженность и слабую поврежденность краев. Отдельные предметы не латинизированы вовсе. Однако отмечено несколько изделий с заметной двусторонней патиной. Сильно заполированных (в силу естественных причин) участков на кремневых изделиях мало. Всего в раскопе найдено 4655 изделий. Гораздо меньше находок обнаружено в зачистке №3: скоплении и промоине, расположенной неда­леко от него. Практически все предметы изготовлены из кремня и только единичные — из песчаника.

0030

Нуклеусы демонстрируют в основном параллельный плоскостной принцип расщепле­ния. Выделено 3 грубообъемных нуклеуса. На рабочей поверхности нуклеусов изредка встречаются негативы пластинчатых снятий. Отметим, что маловыразительные нуклеусы об­наружены также в слое 2 Бирючьей балки 1а. Типы отщепов распределяются следующим образом: первичные (11 экз.), полупервичные (280 экз.), с частичной коркой (269 экз.), отщепы без корки (782 экз.). Многие отщепы сломаны. Длина подавляющей части отщепов в пределах 2 — 5 см, а толщина — 1 — 2 см. Преобладает огранка продольная (1—2 грубых негатива), грубая двускатная плоская и многорядная. Реже встречается огранка радиальная, продольно-поперечная, поперечная и конвергентная (рис. 4,1,5). Всего насчиты­вается 73 качественных заготовки (рис. 4, 1; 6,5; 7,6). Среди них выделено 54 леваллуазских скола.

Целых пластин мало. Пластины представлены главным образом различными фрагмен­тами (верхними, средними и нижними частями). Огранка их достаточно грубая. Ширина пластин в пределах 2 — 3,5 см, а толщина — 0,3 — 1,3 см. Пластин с геометрически правильной огранкой не так уж много. Нужно заметить, что нуклеусов, с которых могли быть сняты пластины, на памятнике практически не обнаружено. Имеются лишь отдельные плас­тинчатые сколы на рабочей поверхности единичных нуклеусов с параллельным плоскостным принципом расщепления. В то же время не приходится сомневаться в том, что некоторые пластины были сколоты преднамеренным образом. Другие же, вероятно, получились при изготовлении двусторонних орудий или случайным образом при снятии отщепов с нуклеусов, а точней, в ходе удаления карнизов у их приплощадочной части. Другими словами, это — отходы производства.

Определенный интерес представляют осколки. Осколки средних размеров составляют 721 экз. (28,61%), осколки мелкие и чешуйки — 1681 экз. (66,70%), очень мелкие осколки и чешуйки — 118 экз. (4,68%). Уместно будет допустить, что основная часть мелких и очень мелких осколков и чешуек возникала при изготовлении двусторонних орудий и в меньшей степени — расщеплении нуклеусов. При этом нужно обратить внимание на небольшое число очень мелких осколков и чешуек. Вероятно, что определенная их часть могла быть унесена водой. Однако, скорей всего, это объясняется присутствием большого числа крупных и грубых бифасиальных форм и отсутствием мелких орудий подобного рода, т.е. законченных наконечников.

0031

Перейдем к орудиям. Отбойниками являются желвак яйцевидной формы и массивный отщеп (рис. 4,4). У последнего следы ударов в виде забитости локализуются на необрабо­танной поверхности отщепа. Упомянем орудия (их 15 экз.), среди которых с той или иной степенью уверенности можно выделять скребловидные и скребковидные орудия (рис. 4,2,7; 5,4), пластины с грубой ретушью, отщепы с регулярной и нерегулярной ретушью, а также неопределенные обломки орудий. У одного крупного грубого скребка, выполненного на первичном отщепе, на одном из краев со стороны брюшка отмечено несколько крупных и мелких фасеток ретуши (рис. 5,4). Причем мелкая ретушь является забивающей, которая, вероятнее всего, возникла в процессе использования орудия, может быть, в качестве рету­шера. Типичные скребки (рис. 4,6) и скребла редки. Упомянем остроконечник (рис. 4,3) и отщеп с базальным утончением (рис. 4,8). Стоит обратить внимание на сложную морфоло­гию одного из скребковидных орудий (рис. 4,2). В определенной степени это словесное сочетание кажется противоречивым. Речь идет об орудии, у которого брюшко исходного отщепа оформлено удлиненными сколами по всей поверхности. Возможно, что это было осуществлено с целью уплощения заготовки. Характерно, что рабочее лезвие оформлено небрежно и не по всему обводу грубой ретушью. Массивный отщеп с частично регулярной ретушью на дистальном конце можно относить к атипичным скребкам или заготовке скреб­ков (рис. 4,7). Сложным в типологическом отношении является также крупный первичный отщеп с регулярными некрупными сколами по одному боковому краю (рис. 5,5). Дистальный конец оформлен частично со спинки, а также крупным сколом со стороны брюшка. Назвать такое орудие скреблом было бы неверно не только по причине крупных размеров орудия, но также из-за наличия важного формообразующего элемента — дистального конца, выде­ленного преднамеренно. Правильней это изделие причислить к атипичным макроорудиям, имеющим отношение к процессу изготовления двусторонних наконечников.

Наибольший интерес представляют бифасиальные формы (рис. 5,3; 6,1-4, 7,1-3). Выде­лено несколько грубых орудий подобного типа (рис. 6,1,4). Один из грубых бифасов (рис. 6,4) имеет весьма массивное основание, которое не удалось уплощить. Данный бифас следу­ет относить к числу технологически неудачных экземпляров. Другие бифасы — менее мас­сивны. Почти все они представлены обломками (рис. 5,3; 6,2, 7,2-3). Данные бифасы в своем большинстве имеют зауженную форму. У некоторых экземпляров отмечена миндалевидная форма. Рассматриваемые бифасы грубо обработаны: сколы и ретушь отделки практически отсутствуют. Некрупные целые бифасы морфологически также невыразительны (рис. 6,3; 1,1). Принимая во внимание аналогичные предметы из Бирючьей балки 2 и 1а, следует допускать, что все бифасиальные формы — это незаконченные, прежде всего неполучивши­еся орудия, а, точней, наконечники, оставленные на начальной стадии обработки.

Целые двусторонние наконечники или их обломки не были найдены. Однако отмечено несколько орудий, у которых вчерне оформлена модель именно данного орудия. По анало­гии с материалами слоев 2 и 3 Бирючьей балки 2, а в равной мере 1а и 1в, можно полагать, что речь идет об этой группе орудий, имевших, вероятно, листовидную форму. Учитывая типологию изделий и их состав, оправданно будет связывать индустрию Бирючьей балки 1 с мастерской по изготовлению заготовок листовидных острий. Окончательное оформление осуществлялось в другом месте, т.е. на стоянке. При этом следует оговориться, что после­дующие работы на памятнике могут внести поправки и даже изменения в его функциональ­ный тип. Одной из особенностей культурного слоя на мастерских является наличие отдель­ных скоплений, имеющих неодинаковые размеры и, что существенно, разный типологичес­кий состав индустрии.

Кратко остановимся на находках, обнаруженных в зачистке 3. Среди изделий, проис­ходящих из скопления, выделены нуклевидные обломки (10 экз.), нуклеусы (2 экз.), отщепы (125 экз.), пластины (17 экз.), боковые сколы (4 зкз.), осколки и чешуйки (87 экз.), орудия (4 экз.). Преобладают отщепы с частичной коркой или без корки. Целые пластины единичны. Огранка их довольно грубая. Орудий мало, но они интересны и показательны. Выделены отщеп с ретушью, обломок неопределимого орудия из песчаника и 2 обломка бифасов. На сохранившемся конце орудия из песчаника видна забитость от систематических ударов. Возможно, что это фрагмент отбойника. Один из бифасов представлен крупным обломком (рис. 5,2). У орудия прослеживается миндалевидная форма. Оно достаточно массивно в сечении. Сколы и ретушь отделки на данном орудии отсутствуют. Второе бифасиальное орудие имеет отчетливо выраженную зауженную форму (7,4}. Его правильней называть не бифасом, а наконечником. Это — крупный обломок орудия. Оно имеет грубую обработку и неровные очертания. Речь идет о незаконченном орудии. Из промоины, где материал явно переотложен, происходит несколько отщепов, осколков, а также орудий. Среди последних выделены чоппинг, отщеп с ретушью, скребловидное орудие и обломки бифа­сов (2 экз.). Последние имеют зауженные пропорции и массивное сечение (рис. 5,1; 7,5). Как отмечалось выше, стратиграфическая позиция данных находок не ясна. Являются ли они инситными или переотложены, еще предстоит решить. Тем не менее можно считать, что типологически бифасы похожи на бифасы из слоя 2 рассматриваемого памятника и слоев 2 и 3 Бирючьей балки 1а. Уверенно относить эти предметы к слою Зв пока нет оснований.

0033

0034

0035

Говорить о хронологических рамках 2-го слоя Бирючьей балки 1 пока не представля­ется возможным, поскольку естественно-научное исследование еще не проводилось. Что касается сравнения памятника с Бирючьей балкой 2, то рассматриваемый слой уместно сопоставлять со слоем 3 последней, который увязывается с началом осташковского оледе­нения. Но это предварительное суждение, и оно нуждается в подтверждении. Говоря о типологических аналогиях индустрии слоя 2 Бирючьей балки 1, следует, прежде всего, обратиться к материалам слоев 2 и 3 Бирючьей балки 1а, где обнаружено большое число сходных по форме бифасов и незаконченных крупных листовидных острий преимуществен­но в виде обломков. Ставить вопрос о культурном статусе памятника также еще рано из-за отсутствия четких диагностических форм орудий. Ясно, что данная индустрия пока не может быть причислена к группе стрелецких памятников и, видимо, относится к иной археологичес­кой культуре. С другой стороны, решение вопроса о культурной основе индустрии мастер­ских объективно является нелегким делом, учитывая функциональный тип памятника, т.е. отсутствие законченных, функционально значимых орудий и присутствие большого числа незаконченных, неполучившихся орудий и заготовок. Будущие раскопочные и естественно­научные работы на данном памятнике, несомненно, внесут ясность в затронутые в статье вопросы.

 

Литература

1. Матюхин А. Е. Палеолитические мастерские Восточной Европы. Автореф. дис.... докт. ист. наук. СПб., 1996.

2. Matioukhm А. Е. Les ateliers paleolithiques superier de la vallee du Donets Severski (region de Rostov, Russie)// L'Anthropologie. T.102. 1998. №4.

3. Матюхин A. E. Палеолитическая мастерская в бассейне Нижнего Дона // Археологические вес­ти. 1994. №3.

Деятельность Товарная лавка Книги Картинки Хранилище Туризм Видео Карта
Яндекс.Метрика